Большой брат

Договор подписали в четверг. Стандартный набор: берём инфраструктуру клиента на поддержку, вешаем на неё мониторинг — программу, которая читает показания железа и, если что-то не так, поднимает шум раньше людей. Обычно эта штука работает как дымовая сигнализация в квартире, где никто не курит: висит, мигает лампочкой, все про неё забывают.

Две недели прошли тихо. На пятнадцатый день сигнализация проснулась.

Не один раз — несколько раз в день, с ровным упрямством метронома: ошибка записи на диск. Одна и та же строчка, снова и снова, как человек, который стучит в дверь соседям, потому что у него сломался чайник, а объяснить толком не может — просто стучит.

Инженер посмотрел на это дело и сказал: диск менять. Дальше был звонок, который случается почти с каждым клиентом, когда ему говорят потратить деньги на то, что не болит.

— У нас всё летает, — сказал клиент. — Люди работают, сайт открывается, никто не звонит с жалобами. Зачем лезть?

Аргумент был по-своему честный. Проблема в том, что диски не звонят с жалобами. Они либо крутятся, либо не крутятся, и промежуток между этими двумя состояниями иногда умещается в одну ночь.

Сошлись на компромиссе, который выглядел скорее как способ всех успокоить, чем как техническое решение: купить новый диск, перегнать данные на него без потерь, а старый, ворчливый, — не выкидывать, а оставить в углу как подопытного. Понаблюдать, что будет.

Данные переехали чисто. Старый диск остался на полке — если так можно выразиться про то, что физически никуда не двигалось, — и продолжил жить своей жизнью, только теперь без нагрузки. Жалобы не прекратились, но стали реже: раньше несколько раз в сутки, теперь — раз в несколько дней. Как пациент, которому обещали операцию и на время отпустили домой: вроде полегчало, хотя ничего не вылечили.

Прошёл месяц с хвостиком. Обычное утро, инженер разбирает ночную сводку — рутина, которую делают на автомате, с кружкой кофе в другой руке. Среди строчек — диск. Тот самый. Мёртв. Не «работает с перебоями», не «выдаёт ошибки» — просто всё, финал, без прощального сообщения.

Кто-то из команды на всякий случай поднял его SMART — внутреннюю самодиагностику, которую диск ведёт о собственном здоровье и которую обычно смотрят первой, когда хотят понять, стоит ли волноваться. Там было чисто. Ни одного тревожного показателя. Формально диск был здоров ровно до момента, когда перестал существовать.

Единственным, что вообще намекало на будущее, были те самые ошибки записи — то, что две недели подряд можно было списать на глюк, на совпадение, на «ну и что, у нас же всё работает».